Мастер-класс «Как написать интересный телесериал» - Сценарий - Каталог статей - КиноРУ
Меню сайта
Категории каталога
Разное [73]
Словари [10]
Глоссарий терминов в области цифрового видео Словарь видеоэффектов и др.
Съёмка [35]
для начинающих
Сценарий [55]
Учебники, статьи по драматургии и др.
Режиссура [31]
Операторская работа [59]
Свет, коипозиция
Актерское мастерство [17]
Монтаж [49]
Звук [14]
Спецэффекты [14]
История кино [50]
Оборудование [18]
Программы [5]
Рецензии [5]
Интервyou [34]
Анимация [1]
Форма входа
Поиск
Друзья сайта





stat24 -счетчик посещаемости сайта


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Вторник, 28.03.2017, 11:13ГлавнаяРегистрацияВход
КиноРу
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Статьи » Сценарий

Мастер-класс «Как написать интересный телесериал»

Мастер-класс-2.0: Телесериал как высокий жанр

Да, так оно и есть. 99 процентов сериалов – полный хлам. Но вообще-то 99 процентов чего угодно – полный хлам. В том числе и 99 процентов авторского кино. Поэтому давайте не будем затевать очередную дискуссию на тему - кто кого поборет – Ангелопулос Абрамса или Абрамс Ангелопулоса. Они не борются, они кино снимают (хотя я бы поставил на Абрамса, он моложе и, говорят, занимался боксом в колледже).

Вспомним относительно недавнюю историю. «Как вы можете променять настоящее искусство на ярмарочное развлечение?» - говорили коллеги мистеру Дэвиду Уорку Гриффиту, бросившему театр ради работы в кино. Кто знает, может, как раз сейчас где-нибудь в Марьине, в съемной однушке новый Гриффит пишет сценарий будущего телешедевра уровня «Нетерпимости», а друзья при этом ему пилят мозг – «как ты можешь променять настоящее искусство на ярмарочное…»

Дело в том, что в последние годы в мировом кинобизнесе наметились две тенденции. Первая – «омоложение» киноаудитории. Возраст большинства нынешних кинозрителей – 15-20 лет. Такой публике не нужен «Крестный отец», ей «Человека-паука» подавай. Вы тоже заметили, что последние голливудские блокбастеры стали как бы помягче сказать, не очень замысловаты? Во-во, и я про то же.

Вторая тенденция – рост интеллектуального уровня телезрителей. Что смотрели по ящику пятнадцать лет назад: «Санта Барбара», «Просто Мария», «Богатые тоже плачут». Сейчас: «Lost», «Prison Break», «House, M.D.», «Mad men». Что называется, найдите десять отличий.

Сенсация! Телевизор делает людей умнее! Подождите радоваться. Просто взрослые люди, которые ушли из кинотеатров, пересели за телевизоры. При этом они выгнали домохозяек из-за телевизоров за компьютеры, где они и пребывают в контакте с «Одноклассниками».

Конечно, малость передергиваю, но мы ведь не в аудитории, а в лодке))

Еще десять лет назад кинобизнес и телебизнес были взаимно непроницаемы. Снялся в сериале? Жирный крест на возможной кинокарьере! Написал полный метр? Все, сериалов больше не пишу, западло!

Сейчас преграды рухнули. Тот же Абрамс продюсирует «Lost» и снимает «Монстро» и «Звездный путь». Аарон Соркин вообще пишет с двух рук – и кино и сериалы. Не отстает и молодежь. Давно ли сценарист Джош Шварц блеснул в «Сплетнице» - а уже сочиняет очередной сиквел «людей Икс».

Еще один двигатель телепроизводства - это пиратство. «Росомаху» на workprint посмотрели? Знаю, что посмотрели, не отпирайтесь. Сколько бы ни сажали основателей трекеров, сколько бы ни закрывали раздачи по требованию правообладателей, вода дырочку найдет. По соотношению цена\качество халявный контент вне конкуренции. Кинобизнес теряет прибыли, и производители идут куда? На телевидение, где прибыли растут с каждым годом.

В России ситуация пока немножко другая. Например, проектов мирового уровня раз-два и обчелся. Собственно, «Ликвидация» и… да и все, пожалуй (еще достойные проекты - "Участок", "Дневник убийцы", "Граница. Таежный роман", "Бригада" - но это все домашние радости). Это связано, как ни парадоксально звучит, с избалованностью телезрителей. В 90-е годы в России был один из лучших кинопоказов в мире. Все мировое кино, которое обычно крутят в крохотных зальчиках для десятка гиков, у нас шло в прайм-тайм по федеральным каналам. Такое даром не проходит, и даже десятки серий (здесь вставьте какое-нибудь название сериала – вообще, я стараюсь не упоминать в негативном ключе российские сериалы и телеканалы, ибо сами понимаете) до сих пор не могут выбить из голов посмотренного в девяностые Феллини. Все привыкли к тому, что каждый вечер - новая премьера.

Поэтому зрителя берут не уменьем, а числом. Стандартный пакет ситкома, телеромана или вертикального детектива - 150 серий. И не захочешь, да посмотришь.

Недаром в России не приживается принятый во всем мире порядок вертикального программирования – один эпизод сериала в одну неделю. Маловато будет! Мы хотим все и сразу. Поэтому когда, например, первый канал закупает «Lost», он ждет, пока выйдут все серии сезона, а потом показывает их день за днем, по четыре серии в неделю. А не так, как в Америке – раз в неделю по средам.

С другой стороны, российский кинобизнес последних лет существовал независимо от проката. Иначе была бы невозможна ситуация, когда в год снимались двести фильмов, из них в прокат выходили восемьдесят, а окупались два – и при этом по итогам года 198 продюсеров не оказывались в тюрьме.

Секрет прост – все продюсеры получали свои деньги на стадии производства. Грубо говоря, бизнес-модель была такая: продюсер приходил к инвестору и говорил – дайте пять миллионов, мы заработаем двадцать. Инвестор давал пять миллионов. Из них два продюсер тут же возвращал инвестору. Еще два забирал сам. На оставшийся миллион снималось кино, которое собирало в прокате двести тысяч. Скажете, четыре восемьсот убытков? Неправильно считаете. По два миллиона сто тысяч прибыли у продюсера и инвестора. Вроде бы смешно звучит, но я своими ушами слышал, как один продюсер называл маржой сумму, которую он планировал украсть во время производства фильма. Как вы думаете, на каком месте в системе приоритетов этого продюсера качество фильма и его место в истории киноискусства?

Поэтому кинопроизводство и рухнуло первым еще в самом начале кризиса.

Кризис перекрыл потоки дурных денег, лившихся из закромов родины в кинобизнес. Едва ли не единственный источник средств, на которые сегодня можно снимать хоть что-то – это телеканалы. А телеканалы, как ни странно – это единственный заказчик, который заинтересован в качестве продукта. Чем лучше кино – тем выше рейтинг, тем больше прибыль от проданной рекламы.

Вспомним 1998-й год, когда наши каналы из-за падения рубля потеряли возможность закупать сериалы на Западе и начали снимать свои. Теперь может произойти то же самое – кризис выгонит профессионалов из кино на телевидение и, как следствие, художественный уровень сериальной продукции будет расти.

Мастер-класс-2.1: когда сценарист главнее режиссера

К сериалам принято относиться с пренебрежением. Дескать, сюжеты банальные, диалоги примитивные, костюмы отстойные, декорации убогие, актеры не напрягаются, съемки халтурные, монтаж тупой. То ли дело авторское кино.

Да, так оно и есть. 99 процентов сериалов – полный хлам. Но вообще-то 99 процентов чего угодно – полный хлам. В том числе и 99 процентов авторского кино. Поэтому давайте не будем затевать очередную дискуссию на тему - кто кого поборет – Ангелопулос Абрамса или Абрамс Ангелопулоса. Они не борются, они кино снимают (хотя я бы поставил на Абрамса, он моложе и, говорят, занимался боксом в колледже).

Вспомним относительно недавнюю историю. «Как вы можете променять настоящее искусство на ярмарочное развлечение?» - говорили коллеги мистеру Дэвиду Уорку Гриффиту, бросившему театр ради работы в кино. Кто знает, может, как раз сейчас где-нибудь в Марьине, в съемной однушке новый Гриффит пишет сценарий будущего телешедевра уровня «Нетерпимости», а друзья при этом ему пилят мозг – «как ты можешь променять настоящее искусство на ярмарочное…»

Дело в том, что в последние годы в мировом кинобизнесе наметились две тенденции. Первая – «омоложение» киноаудитории. Возраст большинства нынешних кинозрителей – 15-20 лет. Такой публике не нужен «Крестный отец», ей «Человека-паука» подавай. Вы тоже заметили, что последние голливудские блокбастеры стали как бы помягче сказать, не очень замысловаты? Во-во, и я про то же.

Вторая тенденция – рост интеллектуального уровня телезрителей. Что смотрели по ящику пятнадцать лет назад: «Санта Барбара», «Просто Мария», «Богатые тоже плачут». Сейчас: «Lost», «Prison Break», «House, M.D.», «Mad men». Что называется, найдите десять отличий.

Сенсация! Телевизор делает людей умнее! Подождите радоваться. Просто взрослые люди, которые ушли из кинотеатров, пересели за телевизоры. При этом они выгнали домохозяек из-за телевизоров за компьютеры, где они и пребывают в контакте с «Одноклассниками».

Конечно, малость передергиваю, но мы ведь не в аудитории, а в лодке))

Еще десять лет назад кинобизнес и телебизнес были взаимно непроницаемы. Снялся в сериале? Жирный крест на возможной кинокарьере! Написал полный метр? Все, сериалов больше не пишу, западло!

Сейчас преграды рухнули. Тот же Абрамс продюсирует «Lost» и снимает «Монстро» и «Звездный путь». Аарон Соркин вообще пишет с двух рук – и кино и сериалы. Не отстает и молодежь. Давно ли сценарист Джош Шварц блеснул в «Сплетнице» - а уже сочиняет очередной сиквел «людей Икс».

Еще один двигатель телепроизводства - это пиратство. «Росомаху» на workprint посмотрели? Знаю, что посмотрели, не отпирайтесь. Сколько бы ни сажали основателей трекеров, сколько бы ни закрывали раздачи по требованию правообладателей, вода дырочку найдет. По соотношению цена\качество халявный контент вне конкуренции. Кинобизнес теряет прибыли, и производители идут куда? На телевидение, где прибыли растут с каждым годом.

В России ситуация пока немножко другая. Например, проектов мирового уровня раз-два и обчелся. Собственно, «Ликвидация» и… да и все, пожалуй (еще достойные проекты - "Участок", "Дневник убийцы", "Граница. Таежный роман", "Бригада" - но это все домашние радости). Это связано, как ни парадоксально звучит, с избалованностью телезрителей. В 90-е годы в России был один из лучших кинопоказов в мире. Все мировое кино, которое обычно крутят в крохотных зальчиках для десятка гиков, у нас шло в прайм-тайм по федеральным каналам. Такое даром не проходит, и даже десятки серий (здесь вставьте какое-нибудь название сериала – вообще, я стараюсь не упоминать в негативном ключе российские сериалы и телеканалы, ибо сами понимаете) до сих пор не могут выбить из голов посмотренного в девяностые Феллини. Все привыкли к тому, что каждый вечер - новая премьера.

Поэтому зрителя берут не уменьем, а числом. Стандартный пакет ситкома, телеромана или вертикального детектива - 150 серий. И не захочешь, да посмотришь.

Недаром в России не приживается принятый во всем мире порядок вертикального программирования – один эпизод сериала в одну неделю. Маловато будет! Мы хотим все и сразу. Поэтому когда, например, первый канал закупает «Lost», он ждет, пока выйдут все серии сезона, а потом показывает их день за днем, по четыре серии в неделю. А не так, как в Америке – раз в неделю по средам.

С другой стороны, российский кинобизнес последних лет существовал независимо от проката. Иначе была бы невозможна ситуация, когда в год снимались двести фильмов, из них в прокат выходили восемьдесят, а окупались два – и при этом по итогам года 198 продюсеров не оказывались в тюрьме.

Секрет прост – все продюсеры получали свои деньги на стадии производства. Грубо говоря, бизнес-модель была такая: продюсер приходил к инвестору и говорил – дайте пять миллионов, мы заработаем двадцать. Инвестор давал пять миллионов. Из них два продюсер тут же возвращал инвестору. Еще два забирал сам. На оставшийся миллион снималось кино, которое собирало в прокате двести тысяч. Скажете, четыре восемьсот убытков? Неправильно считаете. По два миллиона сто тысяч прибыли у продюсера и инвестора. Вроде бы смешно звучит, но я своими ушами слышал, как один продюсер называл маржой сумму, которую он планировал украсть во время производства фильма. Как вы думаете, на каком месте в системе приоритетов этого продюсера качество фильма и его место в истории киноискусства?

Поэтому кинопроизводство и рухнуло первым еще в самом начале кризиса.

Кризис перекрыл потоки дурных денег, лившихся из закромов родины в кинобизнес. Едва ли не единственный источник средств, на которые сегодня можно снимать хоть что-то – это телеканалы. А телеканалы, как ни странно – это единственный заказчик, который заинтересован в качестве продукта. Чем лучше кино – тем выше рейтинг, тем больше прибыль от проданной рекламы.

Вспомним 1998-й год, когда наши каналы из-за падения рубля потеряли возможность закупать сериалы на Западе и начали снимать свои. Теперь может произойти то же самое – кризис выгонит профессионалов из кино на телевидение и, как следствие, художественный уровень сериальной продукции будет расти.

К чему такое длинное предисловие? К тому, что хорошие сериалы писать не стыдно. А как написать хороший сериал – я буду рассказывать здесь в течение следующих двух месяцев раз в неделю по четвергам.

Каждый раз в конце выпуска будет небольшое задание. Кто хочет – выполняет, кто не хочет – не выполняет.

По итогам каждому участнику будет предложено написать заявку телесериала. Внимание: все авторские права на все заявки останутся у авторов.

Мастер класс-2.2: расписание сценариста

Обратимся к авторитетам. Как работает, скажем Дэвид Келли, создатель «Элли МакБил» и «Практика»: «Понедельник, вторник, и среду я пишу «Элли МакБил», четверг, пятницу, субботу я пишу «Практику», воскресенье провожу с женой и детьми».

А вот Аарон Соркин: «Понедельник, вторник и среду я валяю дурака. В четверг я начинаю кричать на окружающих, потому что у меня нет мыслей по поводу очередного шоу. В пятницу я кричу «О, мой Бог, у меня полчаса до записи» - и быстро все делаю». Недаром все герои сериалов Аарона круглые сутки торчат на работе и постоянно или валяют дурака, или кричат на всех окружающих.

Однако, вернемся с небес на землю. В принципе, один человек может написать сценарий 16-20-серийного сериала. Это займет полгода-год. Иногда продюсеры могут себе это позволить. Но чаще – нет. Поэтому сценарии сериалов пишут сценарными бригадами (группами). В такой бригаде может быть от двух до двадцати человек.

Количество сценаристов зависит от количества серий, а структура бригады – от жанра. На вертикальных сериалах, ситкомах и телероманах сценарные бригады устроены по-разному и работают по-разному.

О вертикальных сериалах и ситкомах поговорим чуть позже. А сегодня, чтобы наиболее наглядно показать устройство сценарной бригады, давайте взглянем, как работает бригада на телеромане.

Телероман – это американизированный вариант мыльной оперы. До США жанр добирался причудливым маршрутом из Латинской Америки через Францию и Канаду. В телеромане мы следим за жизнью семьи или нескольких семей на протяжении многих лет. Некоторые западные телероманы выходят в эфир десятилетиями. На таких проектах сменяется не одно поколение сценаристов.

Если сериал выходит в прайм-тайм (с 18-00 до полуночи), то в неделю показывают 4 серии (вечер пятницы – время музыкальных и комедийных шоу, вечер выходных – время кинопремьер). Если сериал утренний или дневной – 5 серий в неделю.

Итак, структура бригады выглядит так, сверху вниз:

Продюсер на телеканале (человек, который отвечает за проект на канале. Он, как правило, читает поэпизодники и выборочно серии);

Исполнительный продюсер (человек, который отвечает за проект в производящей компании. Он читает все серии);

Главный автор (руководитель сценарной группы, хедрайтер, шеф-редактор, шоу-раннер – он отвечает за каждое слово, которое написано в сценарии);

Сюжетчики (одна бригада из 4 или 5 человек, они придумывают сюжет);

Диалогисты (две бригады по 4 или 5 человек, они расписывают диалоги).

Нетрудно заметить, что в самом низу пищевой цепочки находятся диалогисты. Они – самые бесправные люди в бригаде. Их задача – максимально точно расписать диалоги в истории, придуманной сюжетчиками. К тому же сюжетчиков вдвое меньше, чем диалогистов и у них больше зарплата. На этом основании сюжетчики считают себя «белой костью», «элитой» и не считают диалогистов за людей. Диалогисты же считают сюжетчиков халтурщиками, которые не умеют писать диалоги. И те и другие в чем-то правы.

Работа над сериями идет с шагом в две недели. Вот примерное расписание работы сценарной группы, которое, конечно же, может варьироваться:

Понедельник: встреча главного автора с сюжетчиками. Намечаются основные сюжетные линии.

Вторник: сюжетчики работают над поэпизодниками.

Среда: сюжетчики сдают поэпизодники, их читает главный автор.

Четверг: встреча сюжетчиков с главным автором. Главный автор дает правки в поэпизодники.

Пятница: Сюжетчики вносят правки в поэпизодники.

Суббота-воскресенье: Главный автор читает и правит поэпизодники.

Понедельник: главный автор утверждает поэпизодники у исполнительного продюсера.

Вторник: Встреча с диалогистами группы 1. Диалогисты распределяют поэпизодники, проходят по всему сюжету.

Среда-четверг: диалогисты пишут диалоги.

Пятница: Сдача готовых сценариев главному автору. К этому времени у сюжетчиков готова следующая порция поэпизодников.

Суббота-воскресенье: главный автор правит сценарии.

Понедельник: сдача готовых сценариев исполнительному продюсеру.

С третьей недели в дело вступает вторая группа диалогистов и дальше группы работают параллельно. Расписание на месяц выглядит так:

1 неделя: сюжетчики пишут поэпизодники.

2 неделя: диалогисты группы 1 пишут сценарии, сюжетчики пишут поэпизодники для группы 2.

3 неделя: диалогисты группы 1 правят сценарии, диалогисты группы 2 пишут сценарии, сюжетчики пишут поэпизодники для группы 1,

4 неделя: диалогисты группы 1 пишут сценарии, диалогисты группы 2 правят сценарии, сюжетчики пишут поэпизодники для группы 2.

При работе таким бригадным способом на выходе получается 4 или 5 готовых серий в неделю – то есть ровно столько, сколько этих серий должно быть в эфире. Съемки начинаются тогда, когда готово 20-30 серий.

В телеромане обычно 4-5 сюжетных линий. В начале каждой серии мы видим повтор - короткие сцены, которыми заканчивались сюжетные линии в предыдущей серии, - нужно напомнить зрителям, чем закончилось дело вчера. Затем идут три акта, в каждом из которых чередуются обычно 4 сцены каждой сюжетной линии. То есть каждый акт состоит в среднем из 16 сцен. Всего в серии три акта, то есть серия состоит из 48 сцен плюс тизер из 4 сцен. Конечно, при необходимости, количество сцен можно увеличивать, или уменьшать.

Считается, что в каждой серии сериала должно быть 5 крючков, которые цепляют внимание зрителя и заставляют его смотреть дальше. Однако в идеале крючком должна заканчиваться каждая сцена. И вовсе не обязательно для этого в финале каждой сцены оставлять героя стоящим с пистолетом в руках над холодным трупом или висящим на краю пропасти на кончиках пальцев. Достаточно спровоцировать конфликт между персонажами, поставить их друг напротив друга и… рекламная пауза. Эта фирменная мизансцена в телеромане называется «глаза в глаза» или, на сленге сценаристов, «ГВГ».

Съемки телеромана, как правило, проходят полностью в павильоне.

Между актами, когда один объект сменяется на другой – например, бар, где собирается молодежь, меняется на спальню родителей, в склейку вставляется заявочный план – общий вид дома родителей или вид бара. Такие планы снимаются один раз и сразу на весь сезон. Иногда заявочные планы выполняют дополнительную функцию индикатора времени. В предыдущем кадре был день, а вот мы видим закат солнца над бунгало героя – мы понимаем, что наступил вечер.

В сезоне телеромана обычно 150 серий. Умножьте на 48 – по числу сцен. Не так-то просто придумать такое количество событий в жизни героев. Поэтому в телеромане исповедуется принцип – «одна серия – одно важное событие». В первом акте событие подготавливается, во втором – происходит, в третьем – персонажи реагируют на событие.

Вот как это выглядит на практике:
1 серия: герой уезжает в другой город. Героиня тоскует, ждет письма.
2 серия: героиня не получает письма, тоскует. Ей говорят, что герой ей изменил. Она не верит.
3 серия: героиня получает доказательство измены героя.
4 серия: героиня получает письмо от героя. Он ей не изменял.
5 серия: письмо поддельное. Новые подозрения.
6 серия: героиня получает известие, что герой мертв.
7 серия: герой не просто мертв, его убили.
8 серия: его убили те же, кто подделал письмо героя.
9 серия: и так далее…

P.S. Герой на самом деле жив, он инсценировал свою гибель, чтобы вывести на чистую воду всех своих врагов.

Это все, что я хотел рассказать вам о расписании сценаристов и телеромане. В следующий четверг я расскажу вам о том, как найти любого преступника в детективном сериале и зачем создатели некоторых сериалов пытаются опровергнуть Аристотеля.

Мастер-класс 2.3: вертикальный квадрат

Думаю, все заметили, что этот жанр дает сценаристу очень мало возможностей для авторского самовыражения и больше сходен с работой на конвейере. Тем не менее, иногда это может быть не недостатком, а достоинством. Ведь, работая над телероманом, сценарист стабильно имеет кусок хлеба в течение нескольких месяцев, а то и лет.

Сегодня же мы поговорим о жанре, в котором сценаристы более свободны, но и менее защищены. Этот жанр – вертикальный сериал (процедурал). В каждом таком сериале есть один или несколько главных героев, у которых одна цель – узнать тайну. В каждой серии раскрывается одна тайна. Если это детективный, криминальный сериал – расследуется одно дело. Но вертикальный сериал может быть и не детективным. Например, «Доктор Хаус», строго говоря, является медицинской драмой. Однако его сюжет построен по принципу детектива – врачи-сыщики ведут поиски преступника, роль которого выполняет болезнь.

Начнем с героя. В сценарных кругах есть такая расхожая формула – «и еще он расследует преступления». Он писатель – и еще он расследует преступления. Он почтальон – и еще он расследует преступления. Он экстрасенс – и еще он расследует преступления. Он маньяк-убийца – и еще он расследует преступления.

Никого не удивляет расследующий преступления полицейский. Но даже на тему обычного полицейского расследования есть множество вариаций. «Кости»: герои – специалисты по идентификации человеческих останков, «Закон и порядок»: герои – полицейские и прокуроры, поддерживающие обвинение в суде, «Прослушка»: герои – полицейские, ведущие наблюдение за преступниками, «Числа»: герои – полицейский и его брат - математический гений, «Место преступления»: герои – эксперты, анализирующие улики. И так далее.

Расследование в таких сериалах обычно ведут несколько героев. И все они обязательно находятся друг с другом в конфликте. Например, самый простой и едва ли не самый распространенный – герой-детектив попадает в подчинение к женщине-начальнице, которая была когда-то его подружкой. Разумеется, они имеют диаметрально противоположные точки зрения по поводу расследования. Они знают слабые стороны и болевые точки друг друга и беззастенчиво этим пользуются. У каждого из них есть свои козыри – у начальницы ее статус, ум и красота, а у детектива – его обаяние и… допустим, умение стрелять без промаха. В каждой серии они проходят путь от полного неприятия методов друг друга до необходимости совместных действий и в итоге – к поимке преступника.

Однако от серии к серии герои и их взаимоотношения практически не развиваются. Если в первом сезоне герой – майор милиции, то и в последнем он – майор милиции. Потому что если он дослужится до генерала, у него резко изменится круг служебных обязанностей. И он уже не сможет, как простой майор, прыгать по крышам и ловить преступников. Так же и во взаимоотношениях. Если герои - мужчина и женщина, между ними всегда есть сексуальное напряжение. И создатели сериала стараются это напряжение все время поддерживать. Чтобы зрители гадали – все-таки любят они друг друга или нет? И ждали – ну когда уже между ними все случится? Сериал «Моя прекрасная няня» было интересно смотреть до тех пор, пока сохранялась интрига – любит ли Шаталин няню. Как только стало ясно, что таки да, любит, стало неинтересно. Но уже к тому времени о любви Шаталина и няни стали говорить только что не из утюга…

С точки зрения творчества наличие нескольких главных героев, находящихся в конфликте между собой, дает возможность придумывать новые сюжетные линии, не связанные с основным действием.

Но есть и несколько более практических соображений.

Где происходит действие сериалов «Кости», «Числа», «Место преступления», «24» и многих других? В Нью-Йорке, Лос-Анжелесе, Чикаго – крупных городах. На улицах, в барах, наркопритонах, судах, адвокатских конторах и так далее. Но если вы попробуете с часами в руках сосчитать, сколько времени в каких объектах проводят герои, вы с удивлением обнаружите, что большую часть времени они проводят… у себя в офисе! В лаборатории, полицейском участке, кабинете врача и так далее.

Чем больше объектов – тем дороже. Но зато чем меньше объектов – тем скучнее. Например, сидят двое полицейских, закинув ноги на стол и обсуждают вчерашний футбольный матч – интересно смотреть такую сцену? Поэтому и приходится создателям сериалов идти на различные ухищрения. Одно из них – создание конфликтных ситуаций внутри команды. Теперь представьте, что те же два полицейских сидят, направив друг на друга пистолеты. Согласитесь, это заметно оживило действие.

Кроме того, если в сериале есть два главных героя, то их можно снимать по очереди, или одновременно двумя съемочными группами.

Словом, наличие нескольких героев дает возможности, но и создает определенные проблемы.

Например, структура некоторых вертикальных сериалов пытается опровергнуть одно из главных положений поэтики Аристотеля. Думаю, все вы уже знаете, что в любом произведении, протяженном во времени, будь то фильм, песня или книга, должно быть три части – начало, середина и конец. Завязка, кульминация и развязка. 1 акт, 2 акт и 3 акт. Так было всегда и продолжалось до тех пор, пока не придумали вертикальные сериалы, в которых насчитываются четыре акта.

Четвертый акт в вертикальных сериалах появился тогда, когда производственные задачи стали брать верх над творческими. Когда необходимость иметь двух главных героев, две одновременно работающие съемочные группы, или разбивать серию на две (вариант сериала выходного дня – 2 серии по 44 минуты), или еще какие-либо чисто практические соображения требуют ввести в одну серию две равноправные сюжетные линии.

Один из первых сериалов такого типа – «Закон и порядок», в каждой серии которого проводятся два расследования – одно полицейское и второе – прокурорское во время судебного слушания. Причем второе не всегда напрямую связано с первым.

В этом случае из первого сюжета выбрасывается развязка, а из второго – завязка. Линии развиваются последовательно, одна за другой:

Линия 1 – завязка,
Линия 1 – кульминация, она же является завязкой линии 2,
Линия 2 – кульминация,
Линия 2 – развязка.

Это самый простой вариант и, когда смотришь такую серию, просто кажется, что закончился один сериал и начался второй. Сюжет, скажем так, немножко громыхает на стыке. Но есть и более сложные варианты построения. Например, когда обе истории развиваются параллельно:

Линия 1 – завязка,
Линия 2 – завязка,
Линия 1 – кульминация и развязка,
Линия 2 – кульминация и развязка.

В этом случае третьим актом является «ужатые» до одного акта кульминация и развязка первой сюжетной линии, а затем идет кульминация и развязка второй линии.

Примерно так же строятся и серии, состоящие из двух частей:
1 серия
Линия 1 – завязка,
Линия 2 – завязка.

2 серия
Линия 1 – кульминация и развязка,
Линия 2 – кульминация и развязка.

В таких сериалах первая серия зачастую страдает излишней «экспозиционностью», она наполнена событиями, которые не движут действие, а лишь характеризуют героев с той или иной стороны.

А вторая серия перегружена событиями, за которыми зритель не успевает следить.

Подобное построение, удобное для производства, создает огромные проблемы для сценаристов. Зритель, посмотрев одну кульминацию и развязку, эмоционально «перегорает», подсознательно чувствуя, что история уже закончена. И не готов смотреть развязку второй истории. Для того, чтобы зритель просто не выключил телевизор после первой развязки, ее искусственно ослабляют, снижают градус эмоций. Создатели всегда вынуждены выбирать – или на третий или на четвертый акт всегда придется ослабление зрительского внимания.

Такие сериалы немного напоминают современные истребители-невидимки, форма которых настолько неаэродинамична, что они могут летать лишь при одновременной работе нескольких двигателей, которыми управляет мощный компьютер.

Законы драматургии – штука упрямая. Аристотель плохого не посоветует.

Теперь перейдем собственно к расследованию. Оно всегда развивается по одной и той же схеме.

Совершено преступление. Есть пострадавший, свидетель и друг пострадавшего. Забегая вперед, скажу, что преступник – один из них. Почти всегда. Исключения крайне редки. Более того, когда в результате расследования выясняется, что убийца – какой-то совершенно посторонний маньяк, который случайно в ту ночь шел мимо и увидел открытую дверь – зритель будет разочарован. Он должен знать, что преступник все это время был рядом.

От свидетеля детектив узнает какую-то информацию. Появляется первая версия событий во время совершения преступления. Эта информация помогает детективу добраться до второго свидетеля или улики, которые полностью опровергают первую версию событий и дают новое направление и возможность сформулировать вторую версию. Это первый сюжетный поворот.

Детектив движется в полученном новом направлении и находит второго свидетеля или улику, которые вновь разрушают его версию и дают новое направление. Это второй сюжетный поворот.

С этого момента в некоторых детективах главный герой уже знает, кто преступник. А зрители – еще нет.

После этого детектив предпринимает какое-то действие, которое полностью разоблачает настоящего преступника - развязка. И преступником оказывается (см. выше) – друг пострадавшего, первый свидетель или сам пострадавший.

Всего за время следствия детектив рассматривает три версии – две оказываются ложными и одна верной.

На первый взгляд все очень просто. Даже хочется как-нибудь – ну, усложнить, что ли.

А почему бы не добавить еще пару ложных версий? Пусть их будет не две, а четыре. Пусть сыщик помучается, а зрители – получат в два раза больше удовольствия, наблюдая за расследованием.

Не тут-то было! Зрители почему-то начинают выключать телевизор со словами «нудота какая-то». Дело в том, что трехактная структура тем и хороша, что сюжетные повороты, увеличивающие зрительский интерес, стоят как раз в тех местах, где этот зрительский интерес падает. И если попробовать их сместить в другое место в сценарии, они не достигнут цели.

Пожалуй, стоит еще добавить, что сценарист, который работает на таком сериале, как правило, пишет весь сценарий – заявку, синопсис, поэпизодник, диалоги. То есть, он имеет немножко больше свободы для творчества, чем при работе в сценарной бригаде телеромана. Но с другой стороны, если он не придумал хорошую идею серии – у него нет и серии. Поэтому в социальном плане он менее защищен.

читать дальше

Авто: Александра Молчанова (kinshik)

Категория: Сценарий | Добавил: kinoru (14.07.2009)
Просмотров: 12168 | Рейтинг: 5.0/8 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Хостинг от uCozCopyright http://kinoru.ucoz.ru © 2017